— То есть на ваш сплав?

— Сплав, который я предложил. Этот сплав абсолютно надежный, он широко применялся во многих ракетах. И после этого никаких неприятностей не было. Кроме одной. Спустя два месяца раздается у меня звонок. Сообщают, что назначено заседание президиума ЦК КПСС, на котором будут рассматриваться причины срыва выпуска ракеты «Протон». В качестве ответчиков выступают Фридляндер, Туманов — начальник ВИАМ и Белов — начальник ВИЛСа, который вообще к этим ракетам отношения не имел. На заседание надо прийти с партбилетами, на обсуждение отводится семь минут, после чего мы уйдем уже без партбилетов. В те времена это был самый суровый приговор. Пошли мы к своему министру. А он в ответ, что с президиумом ЦК партии ничего сделать не может. Думаем, что же делать? И вдруг новый звонок, что наш вопрос перенесен на октябрь месяц, мол, следует к нему лучше подготовиться…

— Это октябрь 1964 года?

— Точно! Тогда произошли известные события — Хрущева сняли… О нашем вопросе все забыли. А Челомей в этот момент исчез. Он решил, наверное, что его снимут с работы и посадят. Однако делать это никто не собирался. Спустя месяца два он появился. Стал более демократичным. Лифты стали работать для всех, он начал здороваться с людьми за руку и так далее.

— А «Протоны» летают…

— «Протоны» работают до сегодняшнего дня. Больше того, продолжается их производство, хотя я считаю, что там нужно менять «шпалы». Они когда-то были хороши, но сейчас устарели — нужно применять алюминиево-литиевые сплавы.

— Из авиаконструкторов кто запомнился больше, с кем было легче всего работать?

— Выделить кого-то не могу. Все наши авиаконструкторы — выдающиеся личности. Поэтому к ним ко всем отношусь с почтением и уважением.