"<…> все течение по России рек Прута и Днестра я проехал, следовательно, если б

Что сказать тебе про мое препровождение времени и удовольствия - я окружен скукой, так, как все здешние города и селения горами. Зимою живу в Кишиневе, где есть большое разногласное, разносортное и разнородное общество русских, молдаван, греков, турок, сербов, албанцев и пр. и пр. и пр.

Если б я был живописец, я бы тебе нарисовал интересную картину. Жирного бояра молдаванского в шести разноцветных и разномешных шубах, с корчагою на звонкой на голове (их шапки имеют совершенное подобие корчаги), их герб - воловья голова, почему я заключаю, что они в золотом веке были счастливыми пастырями волов, что еще и по сию пору заметно по их воловьей лени и беззаботности.

Герб женщин молдаванских можно было бы сделать: голова коровья с крыльями, впрочем, большая часть из них имеют приятную наружность, только

Можно красоту хвалить, Но любить же осторожно, Так, чтоб сердцу было можно Полюбить и разлюбить. Даром неба я считаю Любви истинный союз, Но, увы, здесь не встречаю Я сердец для нежных уз. Здесь - любовь есть сладострастье, Дружба - ложный всех наряд, Честность - скрытый в сердце яд, Деньги - истинное счастье. Здесь любовь не дорога, Кто влюблен, тот не страдает, Кто женился - надевает С погремушками рога.

Впрочем, здесь иногда бывает весело; случаются балы, вечеринки, клубы, где видишь тьму взрослых невест, ожидающих искупителей от строгих надзоров родительских, и подобные молодым сернам, кои ищут источника для утоления жажды…

Всем спутникам моих военных дней И им скажи, что отдаленье