- Почему капель мало? Они должны падать на шлем, на плечо, спереди, сзади.
- Так могут попасть в объектив, - объясняет оператор Владимир Ильин.
- Значит, сделаем "стоп" и переснимем. Ну, потратим пленку. Потратившись на б:, на спичках не сэкономишь. Известная, любимая Ильиным поговорка.
- Почему Ильиным-то?! - обижается оператор, который явно впервые ее слышит.
С каплями возятся еще долго, распределяя их падение чуть ли не по секундам. Просматривая отснятый материал на мониторе, Герман наконец-то доволен.
Страшная сила
В перерыве режиссер рассказывает Лене Довлатовой: "Несколько лет уже снимаем, и картина не теряет актуальности. Румата ведь всех убивает, а в стране что? - все воруют и друг друга режут. В сценарии есть персонаж такой - Табачник, так вроде у него есть кой-какие идейки, как жизнь устроить, но у него даже не спросили. Зато герой всю картину разыскивает одного мудреца, который, может быть, что-нибудь объяснит. Мудрец оказывается просто блатарем-трепачом, понимаешь?"
Разговор заходит о былых временах, и Герман вспоминает совместные похождения с Борей Довлатовым: "Мы как-то снимали в Прибалтике и поехали с Борей за хворостом. А в окне мясного склада сидела толстая литовка, которая выбросила Боре записку, мол, приходите на свидание, только без своего противного старшего брата. У нас были одинаковые рубашки, так она и решила, что мы братья, противный, конечно, я. Мы поехали на свидание на велосипедах, я должен был стоять и ждать, когда Боря добьется победы. И вдруг в окне второго этажа я увидел человека, всего в татуировках, бицепсы которого был каждый величиной с нашего Сережу (Сергей Коковкин - художник картины, не сказать, чтобы очень худенький. - Е.П.). А Боря уже исчез за дверью, мне не крикнуть. Прошла минута, раздался дикий грохот на лестнице, и вот с таким фингалом выкатился Боря. Мы вскочили на велосипеды и поняли, что красота - это страшная сила и очень опасная. Да я в молодости тоже был красивый, на Киркорова похож. Из БДТ, где работал, все время мои фотографии воровали".
Нет телевизорам!