Этот несколько хилый молодой человек выглядел слишком быстро вытянувшимся подростком. Ему было шестнадцать лет, да и на двоих новобрачные вряд ли насчитали бы немногим за тридцать, поскольку Алиеноре было никак не больше пятнадцати: если верить хроникам, она родилась в 1120 или 1122 г. Но все ее поведение говорило о том, что молодая принцесса вполне уверена в себе, уверена в своей внешней красоте, могущество которой она уже успела осознать, и нисколько не смущается под устремленными на нее взглядами баронов, прелатов и простолюдинов. Она сумеет непринужденно ответить на восторженные крики, которыми их встретит толпа, когда обряд закончится и она появится в раме портала, а затем вместе с Людовиком Французским встанет во главе кортежа, который направится к дворцу Омбриер. И на всем пути вдоль улиц города, убранных драпировками и гирляндами и усыпанных листьями, свернувшимися от удушливой жары, будут раздаваться исступленные крики ее подданных, восторженно приветствующих свою герцогиню, такую юную, милую и прелестную; что же касается ее супруга, его всю дорогу, как потом всю его жизнь, будут сопровождать слова, произносимые, правда, сочувственным тоном: «Он больше походит на монаха».

* * *

Брак наследника французского престола с наследницей престола Аквитании стал великим историческим событием. Ровно за сто пятьдесят лет до этого 1137 г. Гуго Капет, «герцог франков», завладел троном, заставив баронов, собравшихся в Санлисе после смерти последнего из потомков Карла Великого, признать себя королем. Династия, которой предстояло будущее, на какое она и рассчитывать не смела, делала первые трудные шаги: в течение целого столетия, и даже больше, преемники Гуго Капета, вслед за ним, ни о чем другом и не помышляли, кроме того, чтобы уцелеть самим и передавать корону от отца к сыну. Не обладая имперским величием Каролингов, они для Запада были энергичными выскочками, которые, сделав ставку на длительность, — великую силу времени, — сумели удержаться во главе королевства.