- Простите, но со временем эта нива порастает быльем и сорной травой...

- Не без этого, увы. Но убеждена: любой "промежуточный" режиссер нам не поможет. Надо сделать долгий-долгий выдох, ибо вдох был чрезвычайно глубок. Тоже сообщающиеся сосуды. Сильный режиссер, появившись, вспашет поле.

- Товстоногов начал резко - с увольнения "балласта", удельный вес которого в теперешнем БДТ, будем откровенны, немал.

- Будем откровенны. Но он уже был Товстоноговым и имел право на "санацию". Сейчас такого режиссера для нас нет.

- Но сейчас в БДТ вы невостребованы?

- И чувствую себя неспокойно. Знаю, что времени осталось немного, и уходит оно с таким ускорением, что я не успеваю заметить, куда ускользают часы и месяцы. Мне жаль... Но каждую паузу я стараюсь заполнить работой вне театра. Непростительно большая, обидная пауза - три года - у меня была после "Макбета". (В этом спектакле БДТ Фрейндлих играет леди Макбет. Ю.К.). Три года у меня не было ни одной новой работы в моем театре. Но я сделала поэтический моноспектакль "Гори, гори, моя звезда". И поработала с Виктюком в его "Осенних скрипках". Сейчас опять, после "Калифорнийской сюиты" больше двух лет в БДТ у меня пустота.

- Но вы же отказались от роли Гурмыжской в "Лесе", который ставил Адольф Шапиро?

- Да, я сама попросилась с роли: поняла, что не идет. За это время я ничего не успела сделать. Последние полгода вообще ушли впустую - я сломала ногу и только теперь перестала хромать.

Ностальгия

- Вы сказали как-то, что в БДТ для души играете только одну роль Аманды в старом, еще товстоноговского времени, "Стеклянном зверинце". Довольно неожиданно, ведь и пьеса, и героиня "слезоточивые".

- Просто пьеса очень попала в наше время, срифмовалась с ним. Этакая, знаете ли, депрессия. Потому "Стеклянный зверинец" и сейчас есть в нашем репертуаре. Это такая хорошая ностальгия. Ее нужно прочувствовать - во всяком случае, я ее так воспринимаю.