- Я в ней ничего не понимаю. Новости смотрю, слежу на событиями, но не анализирую и не систематизирую. Голосовать из чувства долга как законопослушный гражданин хожу. Но потом они все, избранники наши, куда-то ускользают, за деятельностью их не уследишь. Или она, их деятельность, незаметна? А с Сережей о политике мы не говорим - есть другие темы.

- Если на вашего зятя наскакивает пресса, а это происходит перманентно, как вы к этому относитесь?

- Советов не даю, но считаю: проанализируй и сглотни.

- Вы хорошая теща?

- О-о, это надо спросить у Сергея. Но вообще у нас хорошие отношения, хотя - издалека. Потому что он жутко занят. Он и дома-то - издалека.

- Вы не интересуетесь политикой, но было время, когда политика интересовалась вами, не так ли?

- А как же. Когда мне хотели дать звание народной артистки СССР, позвали в райком и предложили вступить в партию. Я вытащила нательный крест и спросила: "А с этим что мне делать?" И первый секретарь райкома, оказавшийся очень порядочным человеком, сказал: "Это убедительно", и отпустил меня. Я решила, ну, без звания помру. А он все-таки "протащил" меня, закрыв глаза на беспартийность. (Этот райкомовец ныне - директор Российской Национальной библиотеки. - Ю.К.).

- Вы были верующим человеком в советское время. Сами пришли в Церковь или родители крестили?

- Я крещена в лютеранской церкви: бабушка крестили по секрету от комсомолки мамы. Потом, уже совсем взрослой, я крестилась вторично - в православную веру. Просто кирх не было в Ленинграде, они были закрыты и я ходила в православный храм. А теперь они открылись, слава богу, ну не креститься же мне в третий раз! Я не религиозный человек, я - верующий.

- У вас немецкие корни. Вы знаете свою родословную, немецкий язык?

- Немецкого, к сожалению, не знаю. А родословную - да. Появились мои предки в Петербурге в екатерининские времена. Вот только в советское время о происхождении говорить было трудно, заниматься генеалогией невозможно.