Здесь же находились и сама Тиёко, и Тадахиро Асука (которого молва называла ее любовником), проживающий на своей вилле в Каруидзаве. Дочь Тиёко и Ясухиса, Мися, вместе с мачехой Ясухиса, Ясуко, также проводили лето на вилле в районе Такахара.

Все они, хотя и жили в разных местах, в момент странной смерти Ясухиса Фуэкодзи оказались в Каруидзаве. Вот это обстоятельство и представлялось Хибия подозрительным, тем более что преступник, повинный в смерти второго мужа Тиёко, до сих пор не был найден.

…Опять раздался телефонный звонок, прервавший размышления Тадахиро. На этот раз звонила Хироко.

– Папа, это я. Таки сказала, что у вас творилось что-то ужасное!

– Да ничего. А у вас?

– Удивительно, но здесь не много повреждений. Правда, сломано несколько деревьев, но у нас, к счастью, больших-то деревьев нет.

– Река не вышла из берегов?

– Мы этого боялись, но все обошлось… Вот только все березы, которые вы посадили, вырвало с корнем.

– У нас то же самое. У березы корни не уходят в глубину. Вчера вечером скучала одна?

– Да. Хотя у нас ведь живет Эйко.

– А разве она не ходила на танцы О-Бон?

Хироко ахнула, замолчала, потом продолжила спокойным тоном:

– Папа, откуда вы знаете?

– Мне звонила дочь Фуэкодзи.

Тадахиро хотел произнести это как можно небрежнее, однако его голос прозвучал так, будто у него глубоко в горле застряла рыбья кость. Хироко же заговорила весьма оживленно:

– После того как я отправила Эйко, отключили свет. Ветер становился все сильнее, и я действительно почувствовала себя немного неуютно, но я не думала, что тайфун дойдет до нас.

– Ты связывалась с Токио?

– Да. Тэцуо недавно звонил, – сказала она равнодушно.

– Ну и что? Когда приедет?

– Очень поздно, будет добираться по окружной дороге. Недавно звонил Кавамото из «Камито тоти».