Совсем Ванька загрустил. Ну что это за жисть такая, когда ни на балалайке поиграть, ни с девкой на скамейке посидеть, ни поспать вдосталь. Ходит Ванька смурной, с посетителями лается, и свет ему не мил.

И вот говорит ему однажды один знакомый мужик:

- Совсем ты, Ванька, осатанел! На людей бросаешься, посудой гремишь. Чего с тобой делается?

- Мочи больше моей нету, - отвечает Ванька, - совсем меня хозяин заел.

- Так брось ты его, и весь сказ.

- А как же я его брошу, когда у меня долг - десять гривенников и полушка?

- Да, - чешет в голове мужик, - погибельное твое дело, парень. Всего-то две дорожки тебе и осталось: одна в петлю да на погост, другая - в церкву к алтарю!

- Это как это понимать? - спрашивает Ванька.

- А так и понимать! Либо удавиться тебе, паря, с горя, либо жену брать, да таку, чтобы приданого поболе. Приданым долг закроешь, а жену к лету изведешь. И будет тебе полная воля и удовольствие.

- Да ну! - удивляется Ванька.

- В твоем положении женихаться наипервейшее дело! Я сам восемь разов под венец ходил. Тем только и жив.

- А жены где?

- Так по-разному. Одна в колодец свалилась да утопла, другая в сарайке с сеном сгорела, еще одна мухоморов жареных наелась, еще одну медведь в лесу задрал. А остальные уж не упомню как, но тоже все померли.

Ты меня слушай, я плохого не посоветую. Бабу себе подыщи поплоше - рябую да хромую, да годков чтобы сорок, а то и поболе. За некрасивую да хворую приданого больше дадут. Понял?

А как женихаться будешь, меня на свадебку пригласи, да накорми, да чарку водки поднеси, да серебряным рублем одари, это и будет благодарность за мою добрую службу!

- Ладно, - согласился Ванька. - Женихаться, чай, лучше, чем на березе, язык высунувши, висеть!

И стал себе жену искать. Но только не везло Ваньке. Все-то ему девки попадались справные - румяные да грудастые, кровь с молоком! Сколько за такую дадут - грош ломаный, не больше!