А. Ф. Кони не раз посещал поэта в доме Краевского на Литейном, 38 (ныне 36), где жил Некрасов и где размещалась редакция "Современника" (к тому времени, правда, закрытого) и "Отечественных записок", обедал у него в обществе сотрудников этого журнала. Там же познакомился Анатолий Федорович с будущей женой поэта - Феклой Анисимовной, которую Николай Алексеевич называл более благозвучным именем Зина и к которой обращены многие его предсмертные стихи, "полные страдальческих стонов и нежности".

Некрасов прибегал иногда к совету Кони по юридическим вопросам, тем более что у поэта было много врагов, которые распространяли о нем самые злоречивые слухи, стремясь скомпрометировать его и подорвать авторитет возглавляемого им журнала.

Во время предсмертной болезни Некрасова, долгой и мучительной, Кони неоднократно бывал у него и каждый раз, по его словам, с трудом скрывал свое волнение при виде того беспощадного разрушения, которое совершал с поэтом недуг (рак спинного мозга). Когда Анатолий Федорович навестил его за день или два до смерти, Николай Алексеевич попенял ему, что тот редко к нему заходит. "Я отчасти заслужил этот упрек, - писал Кони, - но я знал от его сестры, что посещения его утомляют, и притом был в это время очень занят, иногда не имея возможности дня по три подряд выйти из дому".

Анатолий Федорович извинился. Говоря с трудом, тяжело переводя дыхание, Некрасов произнес слабым голосом:

- Да что вы, отец! Я ведь это так говорю, я ведь и сам знаю, что вы очень заняты, да и всем живущим в Петербурге всегда бывает некогда. Да, это здесь роковое слово. Я прожил в Петербурге почти сорок лет и убедился, что это слово - одно из самых ужасных. Петербург - это машина для самой бесплодной работы, требующая самых больших - и тоже бесплодных - жертв. Он похож на чудовище, пожирающее лучших из своих детей. И мы живем в нем и умираем, не живя. Вот я умираю, а, оглядываясь назад, нахожу, что нам все и всегда было некогда. Некогда думать, некогда чувствовать, некогда любить, некогда жить душою и для души, некогда думать не только о счастье, но даже об отдыхе, и только умирать есть время...