Вспоминается случай, когда по просьбе ПГУ в Иностранный отдел патриархии мне пришлось устроить на работу переводчиком князя Александра Львовича Казем-бека, известного деятеля белой эмиграции, неистового вождя русской националистической партии «младороссов» в фашистской Германии. Хотя его партия насчитывала всего около двух тысяч членов, он принимался Гитлером и Муссолини. Было передано нам и дело его агентурной разработки по шпионажу в пользу США. Но разработку князя примерно через год я прекратил, так стало очевидным, что шпионажем он не занимается. Наоборот, является патриотом своей родины и к советской власти относится вполне лояльно. Несколько месяцев я общался с ним под видом работника Советского комитета защиты мира

Завершая краткий рассказ о работе по церковной линии, хочется подчеркнуть, что и в мое время — в конце 50-х и начале 60-х годов — органы госбезопасности не вмешивались в религиозную деятельность церкви, не принуждали церковнослужителей нарушать церковные заповеди и выполнять какую-либо антицерковную работу. Периодически появляющиеся в прессе сообщения о «связях» отдельных служителей церкви с органами госбезопасности в прошлые годы, с моей точки зрения, ни в коем случае никого не компрометируют. Они не наносили вреда ни церкви, ни своей пастве. Совесть их чиста. В своей работе также не вижу греха. Вся моя деятельность на этом участке работы была подчинена главной задаче — обеспечению безопасности государства. Конечно, в то время я относил себя к стойким атеистам, но спустя много лет все-таки отвел двух своих сыновей в церковь для крещения.

Постепенно в 4 Управлении, как и во всем КГБ, происходила смена оперативного состава.