Это был взлет. Пик. Вершина. Из всего, что я читал у более позднего Столярова (а читал я не все), мне так же сильно понравилась лишь повесть "Послание к коринфянам". Истинные удачи бывают редко. Остальные произведения Столярова или опоздали выйти ко времени (виноват -- _их_ опоздали), или не совпали с моим внутренним ритмом. Насчет моего внутреннего ритма больше повезло работам Вячеслава Рыбакова -- но это отдельная история. Пожалуй, для читателя повестей Столярова они равно необходимы -- время, настройка и интеллект. Пожалуй, лишь окончательный тупица откажет автору "Альбома идиота" в талантливости. Но для эффекта, на который рассчитывал автор, нужно было прочитать эту вещь в 1989 году. Время ушло. Не время событий, но время состояния духа. Изменилось состояние духа -- изменилось восприятие повести. А время повести "Сад и канал", мне кажется, еще не наступило. Автор написал Смерть. Умирание. И я не люблю эту повесть, потому что люблю Жизнь. Просто поэтому. "Цвет небесный"... Ну, тут просто меняются масштабы. Не все же Столярову пытать философию да духовное состояние наций. Есть же еще люди -- более талантливые, менее талантливые -- люди сами по себе, опрокинутые в себя, живущие не делом революции или перестройки, а своим собственным делом. Например, живописью. Интересно, что для таких людей важнее: их дело, абстрагированное от них самих -- или они сами, пусть не во всем талантливые, но в этом деле, деле своей жизни? Чувствуете? _Своей_ жизни. _Только_ своей. Каждый, как говорится, выбирает для себя. Важен только выбор. То, что было до момента выбора, то, что будет после -лирика. Кому какое дело до причин предательства? Даже если ты предаешь самого себя... А поэзия? Нет, господа, увольте. Факт издания поэзии -учтите, это мое глубоко продуманное мнение! -- касается только самого автора -- и никого более. Если это, конечно, истинная поэзия. И критик здесь совершенно ни при чем. Автор его в виду не имел.