Впрочем, этим подтекстом повести, скрытым за Гомеостатическим Мирозданием, слдедователем с многозначительной фамилией Зыков и прочими внешними проявлениями, И.Васюченко пренебрегла. Не в силах отрешиться от героически-мушкетерского прочтения книг Стругацких, она даже главных героев повести превращает в четырех мушкетеров Дюма, начисто забыв о "сверхкомплектных" Глухове и Снеговом. Но будем благодарны крититку. А ну как она уловила бы параллель не с Дюма, а, скажем, с "Тремя поросятами"? Примеривать Вечеровского к идеалу отважного поросенка Наф-Нафа - чем не занятие для критика, берущегося просвещать юных читателей фантастики?

Ответа на свое письмо мы ждали долго. Только в начале 1990 года пришел ответ - и не от редакции, а от самой МИ.Васюченко. Мы считаем уместным привести его полностью, опустив лишь ритуальные выражения почтений и преамбулу.

"Вскоре, наверное, появится в "Знамени" мой ответ на корреспонденцию по статье. Она довольно обширна, меня бранят справа и слева - одни за то, что бесстыдно восхваляю таких гнусных писак как Стругацкие, другие за то, что клевещу на таких великих гениев. Есть и несколько больших писем, среди которых Ваше, на них, естественно, не ответишь одной короткой заметкой.

Убеждать Вас, что моя статья не так плоха, как Вам кажется, не буду - это и неинтересно, и бессмысленно, и, наконец, я сама по ряду причин от статьи не в восторге. В чем Вы совершенно правы, так это относительно "заговора молчания". Я-то хотела сказать, что не было серьезного критического анализа. И теперь уверена, что быть его "до гласности" не могло по причинам хотя бы техническим, но - тут Вы опять правы - всего, что значится в собранной Вами библиографии, я, разумеется, не читала. А то, что читала, казалось мне совершенно "мимо", хотя Вы, возможно, оценили бы это иначе.