То, что в начале романа звучат выстрелы, а в финале громыхает взрыв, – не случайность. Екатерина Вильмонт не принадлежит к любителям тишины; в ее книге шумно и суетливо, как на вокзале в момент объявления посадки. Наиболее популярный у автора знак препинания – восклицательный, и молчание здесь – не золото, а медяшка. Едва ли не все персонажи, без различия пола, возраста и достатка, не говорят, а буквально кричат, повышая голос по любому поводу и без: «Горжусь тобой!», «Воздух какой!», «Какая девка!», «Какая, блин, разница!», «Боже, какая вы упрямая!», «Боже ты мой, как красиво!», «О, какие у нее красивые ноги!», «Вот мужики пошли!», «Тогда пошли обедать!», «Я ее добьюсь!», «Это моя судьба!», «Я ее обожаю!», «Обожаю гуся!», «Принимай валидол!», «О, море – моя стихия!» и так далее.

Каждую минуту кто-то из героев ужасается, восхищается, поражается и всплескивает руками. Все преувеличенно, все с перехлестом, словно в спектакле самодеятельного театра, где нет полутонов: «у меня от хохота чуть истерика не сделалась», «от этой улыбки можно было сойти с ума», «о, какая роскошь! С ума сойти!». Откройте любую страницу, ткните пальцем наугад. Всюду одно и то же – надрыв и аффектация, накрученные децибелы и форсированные эмоции: «испуганно вскричал», «безмерно воодушевилась», «безумно понравились», «безумно благодарна», «безумно забавляла», «безумно, нечеловечески устала», «жутко испугалась», «жалко до ужаса», «крайне удивился» и пр. Любимое слово у автора «страшно» – но не в прямом, а в усилительном его значении: «страшно удивилась», «страшно огорчили», «страшно захотелось», «страшно обрадовалась», «страшно понравился». В книге происходит много всего, и героям может быть по-настоящему страшно, но читатель этого не узнает: слово уже занято другим.

В 90-х годах прошлого века Екатерина Вильмонт специализировалась на детских детективах, написала их, по ее собственным словам, «чертову уйму» и немалого достигла в этом жанре. Юные читатели до сих пор объявляются на сайте писательницы и слезно просят ее продолжить истории про Гошу Гуляева и Дашу Лаврецкую. И регулярно нарываются на отказы: нет, мол, надоело, не просите, у меня другая работа, я уже десять лет этим не занимаюсь…