«Не физическое увядание, не интеллектуальный упадок, а просто иссякает жизненная энергия», – рассуждает в романе Эраст Петрович. Или его создатель? Будем справедливы: Фандорина произвел на свет литератор-дебютант, которому едва перевалило за сорок, а «Черный город» создан уже популярным писателем, повзрослевшим на четырнадцать лет. Еще в предыдущем романе цикла, «Весь мир театр», сюжет оказался камерным, а сыскной Акела впервые промахивался. Новый роман – целая череда промахов. Порой кажется, что в «Черном городе» Акунин нарочно выставляет персонажа в смешном свете – точь-в-точь как писатель Франсуа Мерлен из комедии «Великолепный» с участием Бельмондо превращал своего бывшего любимца, супермена Боба Синклера, в шута горохового, упавшего в болото и ошпарившего пальчик. В романе бедняга Фандорин вынужден нести бремя мужа-рогоносца, которому вдобавок приходится выручать любовника жены. Всегдашняя слабость героя к дорогой одежде тут становится параноидальным пунктиком: по тексту мелькают детали мужского гардероба, а сам Эраст Петрович считает пиджаки, брюки, манишки, смокинги, страдая, если какая-то деталь туалета утрачивается после очередной потасовки. Когда же автор, окунув героя в резервуар с нефтью, вынуждает его остричь щегольские усы и обрить голову, читатель вдруг понимает: да это же Киса Воробьянинов, которому не помогло средство «Титаник»!

Эраст Петрович угодил в полосу невезения. Приблизившись к шестидесятилетию, он не утратил сноровки (освоил «искусство потайной ходьбы» из практики ниндзя) и интереса к достижениям науки (квантовой теории «Фандорин посвятил весь 1913 год»). Однако по воле автора сыщик лишается важнейшего преимущества – интуиции. И все тотчас же рушится. Разучившись разбираться в людях, герой проигрывает с треском. Террорист Дятел торжествует, война неизбежна, революция грядет, империи крышка. После столь очевидных афронтов автор не считает нужным сохранять Фандорину жизнь…