Артигас, несмотря на выгоды, которые получило большинство населения Монтевидео, предпочел, однако, уйти со своими частями в глубь страны, в Ринкон-де-Серро. Здесь он начал организовывать партизанскую войну, продолжавшуюся весь период оккупации. Он стал осваивать тактику партизанского боя и пришел к выводу о ее важности в условиях оборонительной войны. Эта тактика состояла в том, чтобы неустанно, любым образом беспокоить врага, не давать ему покоя ни днем, ни ночью, захватывать боевых лошадей, сжигать поля, чтобы лишить вражеский скот кормов, обстреливать отдельные отряды, отбивать одну часть от другой, чтобы поодиночке разгромить каждую из них.

Этот новый тип войны крайне беспокоил англичан. Об этом впоследствии свидетельствовали английские офицеры, которых по возвращении в Англию привлекли к суду за потерю захваченных ими колоний. Артигас был душой этого движения сопротивления. Он не возвращался в Монтевидео до тех пор, пока английские войска не эвакуировали город. Англичане оставили Монтевидео после того, как генерал Уайтлок, командующий английской захватнической экспедицией, потерпел поражение в Буэнос-Айресе. Здесь англичане встретились с отчаянным сопротивлением населения и восьми тысяч городских торговцев и волонтеров, во главе которых стояли Корнелио Сааведра, Хуан Мартин де Пуэррейдон и Мартин Родригес.

Артигас вернулся в Монтевидео и снова занял пост командира ополченцев. Опять началась прежняя жизнь — он продолжал преследовать преступников, воинственных индейцев и португальских авантюристов. В то время он был далек от жгучих политических дебатов, происходивших в Кабильдо Абьерто 1808 года. Кабильдо, возглавляемое ярым защитником испанской власти Элио, высказалось за отделение Восточной провинции. Таким образом Элио хотел отделаться от колеблющегося вице-короля Линье, находившегося в Буэнос-Айресе, и закрепить пошатнувшиеся принципы монополизма в торговле. В этих дебатах принимал участие начальник Артигаса Рами-рес, сам же он продолжал вести трудную жизнь командира ополченцев.