И вторая смерть – 27 апреля 1996 года на гребном каноэ исчез бывший директор ЦРУ 76-летний Уильям Колби (William Colby). Пустую лодку и его тело через девять дней выбросило волнами на берег. Предположительно, бывший директор ЦРУ утонул, упав в воду после сердечного приступа или инсульта. Все это было объяснено официальными властями, как несчастные случаи. Я пробовал копать в этом направлении, но дальше других исследователей не продвинулся. Сейчас, когда я узнал о похожих случаях гибели людей, пусть это прозвучит цинично, но на душе у меня полегчало.

После тщательного анализа собственных мотивов мне стало ясно, что делом этим я заинтересовался только из-за Альберта – тогда я ничем помочь расследованию не смог. Пришлось признать то, что не укладывалось в мозгу: оптимист, волевой человек берет и ни с того ни с сего режет себе горло (точнее, пилит) тупым ножом, словно боли для него не существует – как и инстинкта самосохранения. И снимает все это на видеокамеру…

Вот здесь у меня даже мурашки по спине заползали – камера. Там и тут камера! Для чего она нужна? Я размышлял. Ради того чтобы показать всему миру трагический уход? Глупости! Мой друг точно не нуждался в таких самурайских признаниях. Но вот боль он не мог терпеть вообще и терял сознание от одного вида собственного порезанного пальца!

А глядя на видеозаписи, в пустые, действительно пустые глаза Каталоне, я был уверен, что ему не нужно было ничего говорить миру… Нет, видеокамера в обоих случаях была лишь доказательством. Неопровержимым доказательством самоубийства, а не убийства и последующей инсценировки.

Всю ночь мне снились кошмары: то Каталоне преследовал меня с тупым ножом, то с кривой ухмылкой вязал на кухне петли Форестер. Я просыпался несколько раз и утром чувствовал себя совершенно разбитым. Но на встречу с полицейским приехал за час до назначенного времени и, окончательно измученный ожиданием, был почти счастлив, когда тот, вальяжно вышагивая, появился в кафе.