Подождал еще немного и пошел на доклад к командиру Дерябину. Тот уже поджидал меня. Рядом с ним стоял замполит майор Круглов.

- Денисов, а где Пряхин?

- Видимо, оторвался, когда на нас четыре "мессера" выскочили. Должен прийти, товарищ командир.

Дерябин посмотрел на часы и озабоченно заметил:

- Теперь уже не придет. Горючее кончилось. Возможно, где-нибудь на вынужденную сел...

И вечером о Пряхине никаких вестей не было. Утром иду по аэродрому к себе в эскадрилью, а в голове одна мысль: неужели его подстрелили, и сел мой ведомый у фашистов? Стараюсь отделаться от этих невеселых дум, но ничего не выходит. Гитлеровцы от неудач на фронте до того озверели - на штыки, случись что, Пряхина подымут.

Только я спустился в землянку - телефонный звонок. Снимаю трубку и слышу бодрый голос штурмана полка майора Дрембача:

- Доброго ранку! - По шутливому тону догадываюсь: скажет что-то хорошее, обнадеживающее. - Слушай, Денисов, нашелся твой путешественник! Под Семилуками, собачий сын, сидит. В телеграмме пишет: все в порядке. Командир полка приказал тебе лететь за ним. Готовь учебный самолет. Во вторую кабину забирай техника, который обслуживает его машину. Если там все нормально, вылетай на его самолете, а Пряхин нехай с техником на "уточке" домой топают...

В Семилуках, когда я рулил по полю, меня уже встречал Пряхин. Он узнал наш Ут-2 по хвостовому номеру.

Я зарулил машину, спрыгнул на землю. Пряхин принялся мне докладывать. Я его перебил:

- Ладно, Пряхин, дома расскажешь. Давай собираться. А то летел я сюда, погодка на западе что-то хмурится. Затянет небо, и застрянем мы с тобой... Значит, самолет твой, говоришь, в порядке? Заправился?

- По самое горлышко!

- Теперь сделаем так, - говорю. - Я полечу на твоем "яке", а ты с техником - на "уточке". У тебя скорость сто сорок, у меня - шестьсот. Значит, первым взлетишь ты, а я - попозже. - Я посмотрел на свои часы, прикинул время вылета: - Ну, минут так через десять - двенадцать догоню тебя, и придем домой вместе. Понял?