Это были последние бои, в которых непосредственное участие принимал Балтийский флот. Он сыграл свою историческую роль в осуществлении социалистической революции, в отражении натиска внутренней контрреволюции и иностранной интервенции. Теперь перед ним встали новые задачи.

Флот в те годы остро нуждался в образованных кадрах. Проводилась реорганизация старых военно-морских учебных заведений, организовывались новые.

Можно, наверное, сказать, что начало моей командирской службы на Балтийском флоте совпало с периодом его наиболее интенсивного становления и развития. К 1928 году на флоте были восстановлены и модернизированы все наиболее ценные в боевом отношении корабли, остальные пошли на слом. Полным ходом строились подводные лодки, сторожевые корабли и торпедные катера.

Тем временем военно-морские училища сделали свой очередной выпуск. В числе других молодых командиров я получил назначение на Балтийский флот на должность командира 12-дюймовой башни линкора "Парижская Коммуна". Командовал этим кораблем Константин Иванович Самойлов, под руководством которого на канонерской лодке "Ленин" мне довелось служить на Каспийском море в 1920 1922 годах. Я знал его как военного теоретика, организатора и практика и глубоко уважал как прекрасного человека.

Большим событием тех лет был переход из Балтики в Черное море вокруг Европы. В походе участвовали линейный корабль "Парижская Коммуна" (командир К. И. Самойлов) и крейсер "Профинтерн" (командир А. А. Кузнецов). Возглавлял поход командир высокой культуры, впоследствии заместитель народного комиссара Военно-Морского Флота Л. М. Галлер.

Поход был сложным. Особенно запомнился ураган, с которым мы встретились в Бискайском заливе. Наш отряд с честью выдержал испытание, хотя во время урагана погибло до сотни кораблей и судов других стран.

Балтийский флот не только рос и укреплялся сам, но и служил основным ядром для усиления советских военно-морских сил на других морях.