После завтрака преподаватели разошлись по курсантским подразделениям проводить занятия по плану, как в обычной полевой обстановке. Я отправился во
2-й батальон отрабатывать тему "Стрелковая рота в обороне".
Занятие проходило интересно. Курсанты наметили несколько оборонительных позиций и по-деловому обсуждали плюсы и минусы каждого варианта. За их суждениями чувствовался солидный практический опыт. Да это и понятно, ведь в училище они поступали после трех-четырех лет срочной службы, многие были младшими командирами. Все коммунисты.
Мы заканчивали занятие, когда впереди, за высоткой, ударили винтовочные выстрелы. Я знал, что там располагалось сторожевое охранение, выставленное от 2-го батальона. К винтовочной стрельбе присоединилась пулеметная, послышался отдаленный треск мотоциклетных моторов. По звуку определил: пулемет не "максим" и не "дягтерев". Неужели фашисты? Приказал взводу приготовиться к бою, но стрельба, за высоткой внезапно прекратилась. Послал туда трех курсантов. Они скоро вернулись, доложили, что на сторожевое охранение наскочили фашистские разведчики на двух тяжелых мотоциклах с пулеметами. Один мотоцикл подбит, экипаж уничтожен. Второму удалось уйти в сторону железной дороги.
Вернувшись в учебный отдел, я узнал, что вражеские мотоциклисты появлялись сегодня и близ Русских Антошей, и около станции Елизаветинка, и в разных других пунктах.
После полудня мимо нас стали проходить на север и северо-восток обозы отступавших советских частей. На наши вопросы обозники отвечали, что "немец прет", что "танков у него - туча".
Обстановку, которую мы наблюдали, полковой комиссар И. Н. Григорьев доложил по телефону в штаб фронта. Для этого ему пришлось съездить на ближайший сельский почтамт, так как радиостанции и полевого телефона, точнее кабеля, в училище не было.