Алевтина пару лет назад окончила автошколу, где ей в течение целых десяти часов (по часу через день) доверяли руль старенькой «девятки». Уж она знала, каково это – жать педали. Лучше всего это делать в удобной обуви.

– Зря вы так, Леокадия Валерьевна, – заявила Алевтина, – Раечка ни в чем не виновата.

– Тогда кто виноват?! – вскинула свои огромные глазищи с синими контактными линзами Леокадия.

Алевтина пожала плечами. Если бы она только знала!

Но ее реплика возымела положительное действие: Раечка не успела заплакать, а Леокадия переключилась на другие объекты. Ими стали Алевтина и Анатолий.

– Я предупреждаю, – зловеще сообщила Монти, меряя решительными шагами небольшое, свободное от вешалок пространство торгового зала, – предупреждаю в первый и последний раз. Признайтесь честно! И сами верните драгоценность. Или укажите на грабителей. Иначе я за себя не ручаюсь. А уж тем более я не ручаюсь за следствие, которое все равно отыщет преступников и подвергнет их суровому наказанию по всем уголовным статьям российского законодательства!

Алевтина обомлела. Такими умными фразами Леокадия раньше не выражалась. Сразу стал о ясно, что она пообщалась с Удальцовым. Вполне возможно, очень даже тесно. Можно не сомневаться: Удальцов ради этой красотки отыщет и подвергнет суровому наказанию того, кто первый попадется ему под руку. А попалась ему Алевтина.

– Вы слыш-ш-шали-ли-и-и?! – Леокадия перешла на шипящий визг.

– Слышали, – кивнула Алевтина, которой уже нечего было терять.

– Очень хорошо, – прошипела Монти, – я жду ровно сутки.

Она сверкнула глазищами, схватила сумку и выбежала из магазина. А через пять секунд взревел мотором ее навороченный спортивный автомобиль.

Раечка, до сих пор сдерживавшая рыдания и обиду, охнула и простонала: