Таким образом, работа по собиранию рассеянной материи знания часто совпадает с началом разрушения и крушения культур и цивилизаций" . Кроме Фауста, Сен-Жермена и Апполония Тианского уместно упомянуть и другую, почти мифическую фигуру, имеющую прямое отношение к Гурджиеву. Речь идет о Гильгамеше, герое самого древнего эпоса, известного истории культур, -герое, который отправился в путь за далекое море, чтобы достать "цветок как терн", дающий бессмертие. Именно такой цветок бессмертия (который в сказках и преданиях превратился в "аленький цветочек") Гильгамеш пожелал принести своему народу...

Откуда возникла эта ассоциативная, на первый взгляд, - не более чем ассоциативная? - связь: Гурджиев, легендарный учитель эзотерической школы "четвертого пути", живший в XX веке, и - с другой стороны - Гильгамеш, живший в конце XXVII - начале XXVI веков до н.э. (!) в городе Урук в Шумере. Согласно современным научным данным, Гильгамеш был реальной исторической фигурой, пятым правителем I династии Урука. После смерти он был обожествлен, после чего его имя встречается в "царском списке" III династии Ура, где он превращается в мифического царя- героя. Уже со 2-го тысячелетия до н.э. Гильгамеш рассматривался как судья в загробном мире, защитник людей от демонов ("защитник людей" - примечательный термин, к которому мы еще вернемся). Самая ранняя из версий аккадского эпоса о Гильгамеше (3-2-е тысячелетие до н.э.) приписывается урукскому заклинателю Синликеуннинни это поэма "О все видавшем", одно из самых выдающихся поэтических произведений древневосточной литературы . Со своим другом Энкиду Гильгамеш совершает множество подвигов (древнеиндийский вариант: Рама и Ха-нуман). Но Энкиду умирает, - Гильгамеш, потрясенный смертью друга-побратима, убегает в пустыню, где впервые осознает, что и он, Гильгамеш, "великий царь", является смертным, является ничтожной пылью в глазах вечности: ...

Как же смолчу я, как успокоюсь? Друг мой любимый стал землею, Энкиду, друг мой любимый, стал землею, прахом! Так, как и он, не паду ли и я, Чтобы не встать никогда, во веки веков?..



2 из 30