Шайтанов достал из носка пачку сигарет и зажигалку. Закурили. Олег Стефанович за наступившей ненадобностью убрал из носков все остальное припрятанное - газовый баллончик, электрошок, бутерброд с сыром, пять тысяч рублей и пачку презервативов.

- У вас хорошо тренированное тело, майор. Прекрасный прыжок.

- У вас тоже. Спрятанный пистолет был почти незаметен.

- Вам бы ещё трицепсы подкачать, хотя бы как у меня.

- Все некогда - служба.

- У вас получится. Что-то прохладно сделалось. Прижмись плотнее.

Мужик на полу не выдержал:

- Чем вы там занимаетесь, мать вашу? Голубки! Долго я так лежать буду?

- Не знаем, - в один голос ответили Полина и Олег.

Вечером Шкворень зашла в кабинет начальника отдела угрозыска.

- Что за тип?

Начальница уселась за стол Олега Стефановича, на котором одиноко стояла артиллерийская гильза - пепельница. Под стеклом, покрывавшим всю столешницу, в понятном одному Шайтанову порядке, а точнее, беспорядке лежали десятки фотографий. Портреты из личных дел, фотороботы, трупы, части тел, предметы одежды, следы обуви, отпечатки пальцев... Все вместе это складывалось в чудовищную наглядную картину одной стороны жизни района. Криминальной. Шайтанов демонстративно молчал, стоя рядом со своим креслом, нагло занятым начальницей.

- Что за тип, Олег? - переспросила Шкворень, не отрывая глаз от фотографий.

- Какой из них?

- Видно, ты отупел от вида голой начальницы. Я спрашиваю про того, что мы задержали утром.

- А, тот... Боевик из одной бригады. После выяснения личности направили сообщение в главковскую сводку. Вскоре позвонили руоповцы, сказали, что это их клиент. Ну и забирайте, говорю, раз он ваш. Мы свое прокукарекали и ладно.

- Садись, не стой. Из какой бригады, коммунистической?

- Вроде бы Лосевской группировки. Есть в районе такой авторитет Лось. Мы так прозвали для себя. А наши кликухи липнут, вы знаете. Так и в его среде сначала за глаза, а потом и лично этим самым животным стали называть. Обижался сначала, потом понял, что это лучше, чем тушканчик какой-нибудь.