Мировая литература – от папирусов до электронных книг – полна таких обидных выражений и мыслей, от которых могла бы побледнеть даже ночь. Немцы глумятся над бюргерами. Англичане напропалую издеваются над королевой. Американцы ржут над демократией. Французы осмеивают своих правителей. Ругают не только себя, с большим удовольствием потешаются над соседями. Посетив иноземные страны, путешественники жестоко критикуют и насмешничают над туземцами, обрушивая на них сатиру. Так как-то сложилось – ну нельзя пройти мимо чужих недостатков, не ткнув ими в глаза.

Понятное дело, критикуемым не до улыбок и совсем не до спокойствия. В ответ, как правило, раздаются встречные оскорбления. Говорите, что у нас воруют? На себя посмотрите! Утверждаете, что пьем больше всех? Чья бы корова мычала! Примерно так...

Распространен также и сравнительно-оценочный подход: у нас все очень большое, знатное и героическое, а у них – ничтожное, хиленькое, пигмеистое. Образчиков не счесть: в то время как у нас, в России, что-нибудь уж очень славное происходит, в какой-нибудь Англии пахнет чахоточными испарениями жестокости. У нас героизм, ширь и даль, а во Франции пространство клубится тошнотворными ароматами засохших цветов упадничества. У нас Масленица и блины, а в Португалии – мрачная тишина, зловещая, как завтрак таксидермиста, и т. д.

Прочитав какую-нибудь историю о том, что в России лучше лучшего, чем где-нибудь, любой постовой милиционер громко захохочет в адрес посрамленных недоброжелателей: «Ну что, обсевки, обмочили портки! Крыть-то нечем!» И любой отоларинголог сможет заглянуть ему едва ли не в самые дивные тайны пищевода. Как бы наивно слова о нас, лучших из лучших, ни звучали, они находят очень много поклонников.

Самокритику мы, русские, еще как-то с грехом пополам принимаем. С грехом, но все же... Сходит очередной царь на представление театральной сатиры и печально обронит: дескать, всем досталось, а больше всего – мне.