ДЕДА МОРОЗА НЕ СУЩЕСТВУЕТ... СЕНО СПАСЛО ЛОШАДЬ

Есть в русской литературе такой художественный прием, который с полным правом может считаться отдельным жанром, – лирическое отступление. Его назначение многообразно, например создать иллюзию энциклопедического воспроизведения русской жизни. Вот писатель пишет: «Какое наслаждение прийти к живописному пруду с чистой водой, куда на водопой слетаются всякие диковинные птички...» Прервем цитату. Можно, конечно, ограничиться обобщением «диковинные птички», но писателю оно видится недостаточным, и поэтому он расскажет все без утайки про синиц, снегирей, удодов, коноплянок, страусов, чаек, фламинго и т. д. Сделано это для того, чтобы энциклопедически явить все богатство родной природы. Продолжим цитату (хотя для чего это ненужное продолжение?): «...просто сидеть и молча созерцать эту удивительную картину».

Иное назначение лирических отступлений: создание фигуры контраста. Рассуждаешь о птичках, вроде о мелюзге какой рассуждаешь, затем, как бы невзначай, рисуешь картинку легонького апокалипсиса («На фоне неба в оранжевых трещинах, налитого гневом, он увидел черного ангела. Его огромные крылья, развевавшиеся подобно парусам, издавали тихий тревожный шелест»), а потом как дашь по читательским мозгам: «А тебе, негодяй, приходилось слышать слово "правда"?!» И всем понятно, что эта мелюзга пернатая совсем никого не волнует, писатель о правде печется.

Лирические отступления дают писателю свободу говорить о чем угодно в промышленных количествах. Взялся, к примеру, писатель рассуждать о женщинах красивых, ан удержаться не может, все его тянет на проблемы войны и мира, отцов и детей, войны и отцов, преступления и детей, мира и наказания.