Какие бы гадости ни писали иноземцы о нашем русском характере, скупыми они нас никогда не называли. Приезжие дивились: как только они попадали в Россию, денег на еду тратить не приходилось. Из русского дома их никто не выпускал без обильного угощения.

Знаменитый Джакомо Казанова, посетивший Россию в XVIII веке, с изумлением рассказывает, как жили московские баре: «Это единственный в мире город, где богатые люди действительно держат открытый стол. Для этого не нужно быть приглашенным, достаточно быть известным хозяину. Бывает также, что друг дома приводит многих из своих знакомых: их принимают так же хорошо, как и других. Нет примера, чтобы русский сказал: "Вы являетесь слишком поздно". Они неспособны на такую невежливость. В Москве целый день готовят пишу. Три повара частных домов так же заняты, как рестораторы Парижа, а хозяева дома подвигают так далеко чувство приличий, что считают себя обязанными есть на всех этих трапезах, которые зачастую без перерыва продолжаются до самой ночи. Я никогда не обзавелся бы домом в Москве: мой кошелек и мое здоровье одинаково были бы разорены».

Русские вельможи, конечно, имели средства, чтобы удивить заезжую знаменитость. А иногда были хлебосольны не по средствам, как отец Онегина, который «давал три бала ежегодно». И надо отметить, что даже в брежневскую эпоху, когда все вкусное являлось дефицитом, мы умели накрывать для гостей роскошные столы.

Однако вернемся к старым временам. Очень понравилось русское хлебосольство Александру Дюма, кстати, писатель был не дурак хорошо поесть: «Гостеприимство русских тем приятнее для иностранцев, что в русских домах бывает весело благодаря именинам, рождениям и различным праздникам, которых в России множество. Таким образом, имея более или менее обширный круг знакомых, человек может обедать по два-три раза в день и столько же раз бывать вечером на балах.