И на Вайса она тоже посмотрела. С уважением и одобрением. Еще бы немного преклонения, и тогда можно сказать, что день сегодня удался. Если, конечно, не считать сцены с бандитами. Сцены, за которую, в общем-то, можно было ответить головой.

– Это не люди, – покачал головой Юрий Александрович. – Это бандиты.

– Вы что-то про Техасца говорили…

Таксисты – народ информированный, потому Вайс знал криминальные расклады в городе. И кто такой Техасец, в курсе. Это очень крутой бандитский авторитет, бригада у него мощная. Больше чем половина города под ним. Это его людям Вайсу приходилось платить дань за право работать на железнодорожном вокзале. И в аэропорту его «быки», и речной вокзал он контролирует. В общем, куда ни сунься, везде Техасец со своими «ковбоями». Или он, или Дачник, такой же крутой авторитет, но по другую сторону баррикад…

– Я Техасцу плачу. А это какие-то левые… Ты, Василий, молодец, не ожидал я от тебя такого, – благодарно и с теплой иронией проговорил Белояров. Но вот его взгляд затуманился. – Только зря ты с этими отморозками связался. Они ведь и отомстить могут… Я сказал, что ты на Техасца работаешь, но не знаю, поверят они или нет… Да, дела. Чуть без зарплаты не остались… Пошли!

Юрий Александрович повернулся к Вайсу спиной и движением руки поманил за собой Оксану.

Вайс пошел за ними. Он должен был остаться в приемной. И должен был, и хотел этого. В приемной секретарша Рита, она хоть и не так хороша, как Оксана, зато моложе, и ему симпатизирует. А еще кофе всегда угостит. Но Белояров позвал его за собой в кабинет. Оксана села по одну сторону приставного стола, Вайс – подругую. Юрий Александрович погрузился в директорское кресло, взял в руку карандаш, нервно постучал кончиком по столешнице.

– Все понимаю. И отморозки эти появились, и ты, Василий, их умыл. Это все еще можно понять. А вот откуда они узнали, что деньги в машине? Этот вопрос мне очень интересен.