потрясением стал «Жук в муравейнике» — первая книга, которая читалась тёпленькой, только из-под пера, читалась кусками, перемежавшимися нетерпеливым ожиданием от месяца к месяцу — до следующего номера «Знания — силы», — и с каждой главой увлекала всё сильнее, и было уже немыслимо думать о чём-то, кроме этой страшной, неразрешимой проблемы, кроме этого метафизического ужаса, пустившего свои ядовитые корни в таком сверкающем и ласковом, в таком родном и уютном мире… И надежда тлела до последнего, но чудовищный финал обрушился как сама неизбежность, поверг в тоску и отчаяние, а следом пришёл катарсис — очищение через страдание в классическом, эллинском смысле, и это было как отрезвляющая, свежая и отвратительная, отвратительно-свежая струя нашатыря, которая ударила в мозг и разлилась где-то за глазами… С небес на землю? Ну, да. И это тоже очень по-стругацки. Это — «Гадкие лебеди». Ещё одна, быть может, не этапная, но тоже самая любимая вещь. О ней отдельный разговор.

Первый раз я прочел эту повесть в 1980 году, уже знакомый к тому моменту со всеми вышедшими вещами Стругацких. «Лебеди» были самой запрещенной, самой трудно доставаемой, самой скандальной книгой. (О «Граде обреченном» в то время знал вообще лишь очень узкий круг ближайших друзей АБС.) О «ГЛ» знали многие, и ходило огромное количество всяких, зачастую нелепых слухов. О публикации в ташкентской «Звезде Востока» (которую часто путали с тбилисской «Зарей Востока») с помощью хитроумного перечисления гонорара пострадавшим от страшного землетрясения 1966 года; об изъятом тираже этого журнала, о несогласованной с авторами переправке рукописи через границу и бесчисленных изданиях во всех «Посевах», «Чехов паблишерз» и едва ли не «Плейбоях»; о том, как Аркадия Натановича вызывали на Лубянку (а Бориса Натановича — в Большой дом) и задавали один и тот же сакраментальный вопрос: «Ну, и как там ваши птички?» А на чёрном рынке зарубежное издание «Гадких лебедей» на русском языке — и это уже не слух, это правда — стоило 250 (!) советских рублей. Перевести в современные цены — это минимум тысяча долларов, стоимость какого-нибудь антикварного или эксклюзивного подарочного издания.