Вооружившись этим знанием, мы изменим отношение к парадигме образования. Наблюдая за ребенком, который учится ходить, мы становимся свидетелями того, как нервная система начинает управлять человеческим телом благодаря методически повторяющимся колоссальным достижениям. Все начинается с переворачиваний то на спину, то на живот вдоль основной оси человеческого тела. Эти кропотливые и старательные усилия сменяются так называемым процессом «возведения опор», когда младенец подтягивает под туловище руки и ноги, перенося на них свой вес. Затем новое достижение – «раскачивание на месте». Младенец приподнимается то на руках, то на коленях, а иногда на носу, пальцах ног или локтях. Довольно просто пропустить этот жизненно важный период: он не такой зрелищный – движения младенцев не слишком заметны. Однако таким образом маленькие ученики знакомятся с равновесием, инерцией, силой трения и вращающим моментом.

Очередное свершение – умение ползать. Младенцы демонстрируют потрясающее разнообразие скоростей, аллюров и техник. Далее – умение стоять. За ним наступает затяжной период «наводки мостов», когда «ребенок прямостоящий» хватается за края стульев, диванов, ножки стола и домашнего пса – что попадется под руку. Он не только учится прямохождению, но и овладевает непростым искусством ориентироваться в сложном мире, сурово наказывающем его силой тяжести. И вот тогда наконец ребенок действительно идет.

Способность ходить и видеть (движение и восприятие) действительно классная штука. Эту способность мы в определенной степени делим с некоторыми животными, но машины не обладают ею. Если машины когда-нибудь станут «учиться» ходить, они наверняка не ограничат этот процесс логическим или рациональным анализом. Скорее они будут копировать простейшие формы движения у простейших существ, например насекомых.

Это важнейшее знание о самих себе позволит нам избавиться от устаревших представлений о будущем как о чем-то хромированном, гладком, безупречном, роботоподобном и стерильном.