— Ты сейчас споткнешься о пекинеза, — спокойно заметил Дортмундер.

Келп прекратил свою рачью трусцу, повернулся и, окинув гневным взглядом хозяйку собаки, пошел рядом с Дортмундером.

— По-моему, мы с тобой дружим достаточно давно, — сказал он, — чтобы я мог попросить тебя о личной услуге — просто выслушать меня и сказать, что ты думаешь об этом деле.

Дортмундер остановился и хмуро уставился на Келпа.

— Мы с тобой дружим достаточно давно, чтобы я знал — если ты приходишь с наводкой на дело, то с ним что-то не так.

— Это нечестно!

— А я и не говорю, что честно.

Дортмундер уже собрался было идти дальше, но тут Келп быстро произнес:

— В любом случае, это не моя идея. Ты знаешь, что у меня есть племянник Виктор?

— Нет.

— Бывший сотрудник ФБР. Разве я никогда тебе о нем не рассказывал?

Дортмундер пристально посмотрел на Келпа.

— У тебя есть племянник, который служит в ФБР?

— Раньше служил. Он ушел в отставку.

— В отставку, — повторил Дортмундер.

— А, может, его уволили, — пожал Келп плечами. — Там у них был какой-то спор насчет «кодового» рукопожатия.

— Келп, я сейчас на поезд опоздаю.

— Я тебя не разыгрываю! Я-то здесь при чем, ей-богу! Виктор несколько раз подавал докладные, что в ФБР надо ввести кодовое рукопожатие, чтобы агенты могли узнавать друг друга на вечеринках и в разных других местах, но с ним не согласились. Вот он и уволился. А, может, его просто выперли с работы. В общем, что-то вроде этого.

— И такой человек предлагает идею?

— Послушай, он работал в ФБР, прошел все тесты и все такое прочее, так что не думай, он не псих. Он окончил колледж, и все такое.

— Но он хотел ввести кодовое рукопожатие?

— Все не без греха, — резонно заметил Келп. — Слушай, я хочу, чтобы ты с ним встретился и выслушал его. Виктор тебе понравится. Приятный парень. И, говорю тебе, дело верняк.