— И это всегда получается? — вежливо спросил Генри, и я с интересом отметил, что в его голосе не прозвучало ни тени скрытого сомнения; а ведь легковерие Генри можно измерить в микрограммах, если найдется прибор.

Кальдер Джексон отнесся к вопросу очень серьезно и медленно покачал головой.

— Если я работаю с лошадью достаточно долго, это в конце концов происходит. Но не всегда. Как это ни печально, не всегда.

— Просто колдовство! — сказала Джудит и заслужила одну из его легких ласковых улыбок. Был Кальдер Джексон шарлатаном или нет, но средства он подбирал правильно: запоздалый приход, скромное поведение, никаких неумеренных обещаний. И, насколько я понимал, он действительно мог делать то, о чем говорил. Целители были во все века, так почему бы не быть и целителю лошадей?

— Можете ли вы лечить людей? — спросил я, в точности имитируя тон Генри. Никакого сомнения. Чистый интерес.

Кудрявая голова повернулась ко мне скорее любезно, нежели охотно, и целитель терпеливо ответил на вопрос, который, должно быть, ему задавали уже тысячи раз. По затверженному порядку слов видно было, что и ответ он повторял столько же раз.

— Каким бы даром я ни обладал, он предназначен специально для лошадей. У меня нет уверенности, что я могу лечить людей, и я предпочитаю не рисковать. Я просил людей не обращаться ко мне, не хочу их разочаровывать.

Я кивнул в знак благодарности и понаблюдал, как он поворачивает голову и с готовностью отвечает Беттине на следующий вопрос, как будто его тоже никогда прежде не задавали.

— Нет, исцеление редко происходит моментально. Мне нужно находиться какое-то время рядом с лошадью. Иногда всего несколько дней. Иногда несколько недель. Трудно сказать заранее.

Дисдэйл грелся в лучах знаменитости, успешно пойманной на крючок, и рассказывал всем вокруг, что двое из бывших пациентов Кальдера участвуют в скачках как раз сегодня.