Элементы политической сенсационности никогда не были основой героического образа французского комиссара полиции. С сильными мира сего он чувствует себя не в своей тарелке. Если министр оказывается простым и небогатым человеком комиссар начинает его уважать и удивляется, что и в политическом бомонде водятся честные люди. Богачи и сибариты в романах Сименона бывают честными только в исключительных случаях. В стране майора, а затем и генерал-майора Пронина богачей нет и в помине. Обеспеченные люди, получившие от государства отдельную квартиру, сносную зарплату, бесплатный отдых во всесоюзных здравницах, заслуживают уважения, ибо являются прекрасными специалистами, профессионалами своего дела. Такими же, как генерал-майор Пронин в области контрразведки. Представители советской элиты могут зарваться, как Щуровский из того же "Голубого ангела": инстинкт хозяйчика проявляется в человеке в самые неожиданные моменты. Это путь предательства, приводящий зарвавшегося товарища к краху.

В "Секретном оружии" Овалов рассказывает историю уважаемой советской семьи - семьи талантливых ученых. Никакого аскетизма в быту, но и никаких излишеств - условия, помогающие человеку эффективно трудиться. Дилемма двадцатых годов, когда нищенский быт истинных революционеров противопоставлялся жирующим мещанам-нэпманам, больше не актуальна. Социализм "в основном построен" - и материальное положение гражданина соответствует его вкладу в общее дело. Даже американские шпионы удивлены рациональной организацией советского общества. Им, акулам капитала, скучно в отсутствии звериной конкуренции. Они привыкли к острым ощущениям, привыкли стремиться к колоссальному обогащению - больше, больше, больше... Это не потребность в достатке, это фанатическое служение золотому тельцу. Именно такими представлялись Овалову американцы в "Медной пуговице", и в "Секретном оружии" он продолжает тему. Верные слуги желтого дьявола, бизнесмены, связанные с разведкой, и разведчики, сколачивающие капитал, - вот американский контингент романа.