- Почему так? - улыбнулся Валентин.
- Подложить другу свинью - первый закон дружбы. Опыт показывает, что, к сожалению, это именно так.
- Может быть, ты и прав. - ответил Валентин и вдруг вспомнил, кого представляет из себя старик, дремавший под пальмой.
Еще живая легенда ещё советского театра и кино, артист, обладавший мировой славой в те годы, когда он, Валентин, ещё и не родился. А в школьные годы, писал сочинения по героическим образам, сыгранным этим артистом в кино.
Валентин подошел к старику и осторожно тронул его за плечо. Он не знал его отчества и потому спросил почти официально.
- Господин Петраков, я президент банка. Какие у вас проблемы?
Старик вздрогнул и поднял неожиданно ясные глаза на мятом, словно изжеванном лице.
- А? Да... Проблемы... Мне дали премию... Московский фестиваль лирического кино... Премия "За мужество и достоинство"... Сказали, что денежку можно получить у вас.
- Правильно, мы обслуживаем этот фестиваль. Чек у вас?
Руки у Петракова тряслись, да и лицо слегка подергивалось - актер был очень стар и слаб. Он достал узкий конверт и подал его Валентину:
- Двадцать пять тысяч... Они мне весьма ко времени.
- Как и всем. Вы хотите открыть у нас счет или получить сейчас наличными?
- В руки, в руки! Я, уж извините, вашим банкам не верю. Да уж и название у вас - "Паук"!
- Хорошо. Сейчас вам посчитают положенную сумму.
Вернувшись в операционную зону Валентин с огорчением подумал, что по закону сейчас из суммы этой премии у старого актера ещё выдерут процент подоходного налога, но уж с этим ничего не поделаешь.
Валентин попросил Леонида рассчитаться с артистом, вышел в холл, добрался до стойки маленького кафе и попросил у буфетчицы чашку кофе.
- Привет. - прозвучало со спины и рядом с ним на высокий круглый табурет вскарабкался Коля Флин.
Колька Флин - шеф службы безопасности банка, телохранитель, ближайший друг и опора всего и вся. Мало того, что Флин был тесно связан с милицейскими кругами, так ещё имел чертову тучу друзей в ФСБ. Он, честно сказать, имел прямые связи и с организованными группами бандитов, (мафией, проще сказать) о чем распространяться не любил.