
Моя персональная любвь с «Макинтошем» закрутилась весной 1984-го в магазине компьютеров на Кедровых Порогах в Айове, мой друг — случайно, как раз сын владельца эМ-Джи-Би — показал мне «Макинтош», выполняющий «МакПайнт», революционную графическую программу. И закончилось оно в Июле 1995-го, когда я попытался сохранить большой важный файл в моем Macintosh Powerbook, и вместо этого, он уничтожил данные так тщательно, что две разных аварийных дисковых утилиты оказались не в состоянии найти хоть какой-то признак, что файл когда-либо существовал. В течение десяти лет, у меня была страсть к MacOS, которая казалась правильной и разумной в то время, но в ретроспективе плющит меня не меньше клоунада, которую папик моего кореша поимел со своей тачкой.
Появление Mac вызвало своего рода священную войну в компьютерном мире. Появились ГИПы — что это? Блестящее новшество разработки, которое сделало компьютеры более человеко-ориентированными и следовательно доступными для масс, ведя нас к беспрецедентной революции в человеческом обществе, или оскорбительный кусок аудиовизуального фуфла, придуманный трехнутыми хакерскими типчиками из Бэй Эриа, что лишили компьютеры их мощности и гибкости и превратили благородную и серьезную работу вычислений в детскую видео игру?
