В понимании «языка» приборов, умении ориентироваться в воздухе капитану Феденину нельзя было отказать. Хорошо лететь с таким комэском!

Внизу земля испещрена прожилками рек и синими пятнами озер. Незнакомый ландшафт пестрит перед глазами. Как тут найти аэродром врага? Стрелка часов отсчитывает последние минуты перед атакой. Если не отклонились, то вот-вот покажется цель и тогда последует команда комэска: «Набрать высоту!».

Неожиданно появились две пары истребителей противника. Ведущий прижимается к земле, стараясь избежать с ними встречи. Затем следует команда: «Атака!». Небольшой подскок — и на стоянку фашистских самолетов градом сыплются осколочные бомбы. Там, где выстроившись в линейку, красовались немецкие бомбардировщики, все покрылось черным густым дымом. Неожиданно на земле взметнулся огненный сполох. Видно, начали взрываться бомбы. А когда дым рассеялся, показались пылающие самолеты.

В этом вылете успех решали точность стрельбы и бомбометания, стремительность маневра, исчисляемого долями секунды. Иногда казалось, не хватит высоты, чтобы вывести самолет из пике, высотомер замирал на нуле. Нелегко было на малой высоте, когда самолет крылом чертил землю, ловить в прицел вражеский бомбардировщик, даже если он был совсем близко.

Умелый маневр ведущего дал возможность зайти вдоль стоянки. Комэск коршуном набросился на уцелевшие вражеские машины, и при каждой атаке его непременно вспыхивал «юнкерс» или «хейнкель».

Это было для Хитали так неожиданно, что он от радости готов был кричать «Ура!». Сначала даже не поверил: уж очень легко все получилось. И только с выходом из атаки увидел, что все небо испятнано зенитными разрывами.