В университете Кафку спонтанно тянуло к ассоциации с "либеральной" тенденцией - "Галерее лекций и чтений немецких студентов", в которой состояло наибольшее число еврейских студентов университета. В "Галерее" иногда предоставляли трибуну студентам. 23 октября 1902 года один из них прочитал лекцию о "судьбе и будущем философии Шопенгауэра". Кафка пришел послушать ее, и этот день стал, может быть, наиболее важным в его жизни. Лектором был Макс Брод, который был на год моложе его, таким образом они познакомились. После лекции Брод и Кафка прошли по улицам города, споря друг с другом, и это стало началом дружбы, которой не суждено было больше прерваться. Чтобы жить, Кафка нуждается в ком-то более сильном, более мужественном, чем он. В сущности, он готовится жить по доверенности. Кафка уже устроился на обочине, в стороне от жизни или, как он скажет позднее, в пустыне, которая граничит с Ханааном. И более чем на двадцать лет именно Макс Брод станет "окном на улицу", в котором нуждается Кафка. Между ними мало сходства, но они превосходно дополняют друг друга. Без Макса Брода имя Кафки осталось бы неизвестным; кто может сказать, что без него Кафка продолжил бы писать?

Но что особенно важно в этот период - Кафка отказался от жизни отшельника. "Клади свои яйца честно перед всем миром, солнце их высидит; кусай лучше жизнь, чем свой язык; можно уважать крота и его особенности, но не надо делать из него своего святого". Он утверждает, что девушки единственные существа, способные помешать нам опуститься на дно.

Тем временем Кафка все же пережил свой первый чувственный опыт с женщиной. "Все было очаровательно, возбуждающе и омерзительно... В этой тяге есть что-то от Вечного Жида, бессмысленно влекомого по бессмысленно грязному миру".