Столкновение идеалистических и позитивистских идей вызвало в XIX веке драму в душах многих активно мыслящих людей. Жюль Верн сравнительно легко пережил подобную коллизию, свидетельством чему может как раз стать именно эта «гофмановская» новелла. Она «представляет собой обвинительный акт не столько против самой науки, сколько против пристрастия, которое она способна вызывать у тех, кто приписывает ей чрезмерные притязания. Не приходится удивляться тому, что эти вновь приобретенные познания получают некий метафизический резонанс. Ведь предельная цель науки — внести некую ясность в спор между человеком и вселенной и облегчить уразумение первопричин»

Урок скромности, преподнесенный гениальному часовому мастеру, был, очевидно, полезен прежде всего самому писателю. Отныне его будет главным образом занимать «драматический конфликт человека, стремящегося властвовать над подавляющими его силами природы»

Рассказ «Вечный Адам» был впервые напечатан в посмертном сборнике «Вчера и завтра» (1910

Изложенные в рассказе идеи вполне справедливо рассматривать как один из заветов дерзновенного фантаста людям грядущего века.

Отметим еще, что некоторые, особенно новейшие, биографы «амьенского классика» прямо приписывают «Вечного Адама» сыну писателя Мишелю (такова, например, точка зрения Оливье Дюма). Другие (П. Костеллоу) выражаются осторожнее, увидев в новелле «холодное отрицание вечного Бога», что служит для них очевидным доказательством полного разрыва писателя с верой предков. Возможно, одно из последних верновских творений было только отредактировано сыном, хотя правка могла оказаться и очень существенной.