Но в начале сезона шестьдесят второго года никто еще из «Торпедо» не ушел. И можно было ожидать, что бывший партнер Пономарева Жарков не помешает им показать, что уроки Маслова усвоены надолго…
Возможно, в усложнившуюся с уходом главного тренера торпедовскую жизнь вмешался в тот же год происходивший чемпионат мира. Пятерых призвали в сборную. С одной стороны, предоставлялся шанс резервистам. С другой — некоторые из ведущих игроков, привыкшие считать себя кандидатами в эту сборную, несколько скисли, оставшись дома. Приглашение в сборную, между прочим, разделило и Воронина с Моношиным.
В юношеские времена Колю Моношина звали «Гусь-2». «Гусь» было прозвище Игоря Нетто. Все воспринимали Моношина как преемника спартаковского капитана. И в конце шестидесятого пара Воронин — Моношин вошла в сборную вместо знаменитой связки Нетто с Юрием Войновым, вошедшим после мирового чемпионата в Швеции в символическую сборную мира.
Но если Валерий целиком и навсегда заменил двадцатидевятилетнего Войнова, то Моношин в сборной сыграл всего восемь официальных игр, после чего обратно вернули Нетто, который был на восемь лет старше Коли.
Сезон шестьдесят второго года — он в тот год отца схоронил — едва ли не худший в карьере Воронина. И на чемпионате мира Валерий особо не выделялся. Но и сомнений в том, что Воронин — один из лидеров в сборной, тоже не возникало. Когда началась вся эта заваруха с массовым уходом ставших в шестидесятом знаменитыми футболистов из «Торпедо», возник было разговор, что и Валерий Воронин покинет команду.