И команда едва не вернула себе первенство. Отнял его у «Торпедо», по прихоти судьбы, тот, кто столько вложил в это возвращенное лидерство: Валентин Иванов, игравший, как в лучшие годы. В киевские ворота назначили пенальти. Само собой разумелось, что бить капитану… Через несколько дней, когда Иванов отошел от шока, после того, как Банников парировал его удар, говорил, что посмотрел на стоявших вокруг партнеров: может быть, кто-нибудь из них хочет пробить, но все опускали глаза… Воронин, правда, высказывал другую версию: «Я спросил Козьму: ты как? — Он ответил, что все нормально.» Воронин находился в кураже — и пробить одиннадцатиметровый удар не отказался бы. Но ведь и не настаивал.

В дополнительной игре за первое место в осеннем Ташкенте встречались с тбилисскими динамовцами. Иванов очень рано ушел с поля — и без него у «Торпедо» ничего не получилось. Но вообще-то в конце сезона грузины были в порядке. Матч второго круга в Тбилиси они выиграли и у самого укомплектованного состава москвичей.

При всех обстоятельствах второму месту не приходилось огорчаться. Тем более Валерию Воронину, признанному журналистами игроком № 1 в стране (Валентин Иванов по опросу занял второе место, но Валерий собрал намного больше голосов, а фамилии тех, кто голосовал против него, обожавший Воронина редактор «Футбола» Мартын Мержанов даже не стал публиковать у себя в еженедельнике…).

«…Он был уже по-своему даже выше Кузьмы, — говорил наблюдавший его в тот год со стороны Эдуард Стрельцов. — …я бы не сказал, что Иванов стал играть с годами хуже, он и закончил выступать, на мой взгляд, преждевременно, — и взрывная стартовая скорость и хитрость игровая оставалась при нем. С Кузьмой по-прежнему трудно было кого-либо сравнивать в тонкости понимания, в тонкости исполнения в решающий момент. Он всегда точно знал, отдашь ты ему мяч или нет.