У постели Мао Цзэдуна был установлен телефонный аппарат для прямой связи председателя ЦК КПК с членами Политбюро ЦК партии. Непосредственное общение Мао Цзэдуна с другими членами руководства партии, а практически со всеми людьми, за исключением тех, кто обслуживал его в быту, в то время было уже исключено. Мао Цзэдун существовал, но его никто не мог видеть. Более того, его уже никто не мог и слышать. Возникла необходимость хотя бы в его «голосе». Задача Мао Юаньсиня состояла в том, чтобы передавать вопросы членов Политбюро Мао Цзэдуну и ответные указания Мао Цзэдуна членам Политбюро. Появился своего рода «связной», и они были вынуждены общаться с Мао Цзэдуном через этого посредника. Мао Юаньсинь был благодарен Цзян Цин за то, что она, преодолев сопротивление некоторых членов Политбюро, сумела добиться такого порядка общения Мао Цзэдуна с руководителями партии и страны. Следует упомянуть, что и речь Мао Цзэдуна в это время стала невнятной; еще и поэтому Мао Юаньсиню пришлось стать «голосом» своего дяди.

И Мао Цзэдун, и Цзян Цин, каждый по-своему, подумывали о том, чтобы из Мао Юаньсиня получился «наследный принц». При этом Мао Цзэдун в известной степени доверял Мао Юаньсиню и даже прислушивался к его мнению. Цзян Цин, возможно, строила планы стать после смерти Мао Цзэдуна «новой вдовствующей императрицей» Цыси и быть практически регентом при Мао Юаньсине.

Многие говорили, что Цзян Цин предпринимала попытки наладить отношения своей дочери Ли Нэ с Мао Юаньсинем. Можно предположить, что Мао Юаньсинь был вполне готов вступить в брак с Ли Нэ. Молодые люди даже в течение некоторого времени встречались. Но планы Цзян Цин расстроились, ненормальное состояние психики Ли Нэ уже тогда сказывалось на ее отношениях со всеми окружающими людьми.

Что же касается политической карьеры Мао Юаньсиня, то в годы «культурной революции», или «десятилетней смуты» (1966—1976), его считали «властелином» всего Северо-Восточного района КНР. Занимая посты заместителя председателя ревкома провинции Ляонин и заместителя комиссара Шэньянского большого военного округа, он распространял свою власть на весь северо-восток Китая.