Об этом нельзя судить только по количеству опубликованных книг и статей, хотя их более четырехсот, а с 1908 по 1933 ежегодно издавалось в среднем десять-пятнадцать его работ. Главное: Вернадский постоянно расширял круг своих научных интересов, высказывая новые оригинальные идеи (а ведь известно, что для выработки новых идей требуется способность фантазировать и сопоставлять отдаленные факты — качества молодости и зрелости, ослабевающие с возрастом).

В 1940 году Вернадский, семидесятисемилетний ученый, писал о проблеме правизны и левизны в природе. На следующий год — об изотопном составе вод, минералов и горных пород, о космической пыли. Затем — о геологических оболочках нашей планеты. Наконец, в 1944 году ученый, которому исполнился восемьдесят один год, опубликовал статью о геологической деятельности человека, о роли разума на Земле.

Подобный постоянный подъем творческой мысли удивлял и самого Вернадского. Вот что он писал своему другу Б. Л. Личкову в 1934 году: «Многое сделалось для меня ясным, чего я не видел раньше…»; «… Странное и необычное для моего возраста состояние непрерывного роста»; «… Я находился и нахожусь в этом периоде творчества, несмотря на все тяжелые переживания…».

Через год — сходное признание: «Я переживал и переживаю подъем научного творчества». На следующий год: «Мысль идет вперед. И выясняется новое о том, о чем думал и во что углублялся годами»; «Мне кажется, я сейчас сделал большой шаг вперед»; «Давно я так глубоко не вдумывался в окружающее».

Незадолго до своего восьмидесятилетия Вернадский написал Личкову: «Я сейчас хорошо работаю в области основных понятий биогеохимии».

Да, Вернадский принадлежал к тем необыкновенным людям, которых не могла сломить старость. Конечно, у него наблюдались все обычные признаки физического старения, не было только у него признаков духовного одряхления. Он продолжал по-юношески жадно вглядываться в окружающий мир, не переставал удивляться чуду жизни, размышлять над вечными тайнами природы.