Кабина совсем не похожа на "родную": что-то убрано совсем, что-то перенесено, а на знакомых "приоритетных" местах находились незнакомые пульты. Как оказалось, они используются лётчиком при облёте автоматики управления мишенью. Общее впечатление было такое, что я здесь лишний, что этот "робот" почти способен обойтись и без меня. Может поэтому, после запуска и увеличения оборотов для выруливания, он не захотел двигаться с места. "Ничего себе, как перетяжелили бедолагу этими подвесками!", - подумал будущий испытатель, увеличивая обороты всё больше и больше. Хоть и с трудом, но я вырулил, потому что старший группы А.Кузнецов поставил задачу:

- Сегодня облетать, а завтра - вылетать.

- А посадка будет в Запорожье, - добавил В.Жуков, - стариков своих хочется повидать.

Еле-еле вырулив на полосу, я совсем уж было собрался взлетать, как вдруг заметил, что после отпускания гашетки тормозов прибор продолжает показывать наличие давления в тормозах основных колёс. Сзади, на посадочном курсе "наседал" пассажирский авиалайнер, руководитель полётов торопил с освобождением ВПП, однако у меня в тот момент хватило здравомыслия отказаться от взлёта. "Осталось только на заторможенные колёса сесть, ворчал я сам на себя, добравшись до края полосы, - башку тебе перетяжелили, а не аппарат, не догадался сразу на манометр давления глянуть. Эх, Сынок, до грамотного решения тебе ещё, как говорится, пахать и пахать".

Мы взлетели на день позже. Не прошло и часа, как стали вплотную приближаться к тёплому фронту с тыльной стороны. По прогнозу он нёс с собой очаги гроз. Перед вылетом мы заверили диспетчера аэропорта, что крылья наших "ястребков" способны пронести нас над фронтом с запасом по высоте. И теперь, уходя от облачности, нам приходилось забираться всё выше и выше. На высоте около 11000 м воткнулись в белый туман. Я шёл ведомым у В.Жукова. На такой высоте самолёт с висевшими на нём "бандурами" "сидел" в воздухе неплотно, запаса тяги почти не было, а ведущий то и дело пропадал в облаках.