Лучшие европейские артисты приезжали в Петербург — Элеонора Дузе обычно гастролировала здесь по шесть недель в году, — но Россия прокладывала и свои собственные пути. В 1898 году Станиславский и Немирович-Данченко основали Московский Художественный театр, который принес в русскую драму новые высокие идеалы и чистоту, новые смелые реалистические критерии. Не менее плодотворно будет развиваться на протяжении последующих двух десятилетий и противоположное направление — в спектаклях Мейерхольда, превыше всего ставившего театральность театра, и в антрепризе Дягилева, который благодаря таким художникам, как Бакст, Бенуа и Добужинский, рисовавшим эскизы костюмов и декораций, превращал каждый компонент театральной постановки в великолепное произведение искусства.

И здесь Набоков оказался в исключительно благоприятном положении. Страстный театрал с юности, Владимир Дмитриевич впоследствии написал воспоминания о театральной жизни Петербурга 1880-х и 1890-х годов и о головокружительном дебюте МХТа в столице

Несмотря на энтузиазм родителей, Владимир оставался глух к этим голосам в ансамбле культурного Санкт-Петербурга. Хотя его и занимали возможности театра, он считал, что даже величайшие пьесы скованы условностями; он не любил музыку и позднее вспоминал лишь скуку и неудобство, которое ему доводилось испытывать, когда он — «кудрявый мальчик в бархатной ложе» — должен был выслушивать «тошнотворные банальности» очередной оперы Чайковского

Даже в раннем детстве он не был пассивным продуктом своей среды: он просто брал отовсюду то, что хотел. Но ему на редкость повезло родиться и вырасти в центре культуры, последние свершения которой могли соперничать с лучшим из того, что Франция, Англия и Германия создали за значительно более длительный период времени, — в городе, который воспринимал Западную Европу острее и глубже, чем Европа когда-либо воспринимала Россию.