— Не дергайся, браток, — Батяня осторожно опустил руку на плечо парашютиста.

Курсанты стояли в стороне, с изумлением наблюдая за коренастым мужчиной с монголоидными чертами лица, распластавшимся на брезентовом полотнище, — упасть с высоты в девятьсот метров и при этом выжить дано не каждому.

— Спасибо, что помогли, — бросил курсантам майор. — А теперь вызовите санитарный фургон, ему срочно нужна медицинская помощь.

— Пустяки! — отмахнулся парашютист и осторожно пошевелил ступней. — Спинной мозг не поврежден.

— Боль ниже пояса чувствуешь?

— Еще как!

— Тогда все будет хорошо.

Офицер прищурился, по его загорелому лицу пробежала чуть заметная дрожь.

— Холодно, — еле слышно проговорил он, — сигаретой не угостишь?

Батяня понимающе кивнул и достал из нагрудного кармана камуфляжной куртки пачку, прикурил, сунул сигарету в пальцы лежавшему.

— Что стряслось в небе? — спросил Лавров, хотя понимал, что вряд ли пострадавший способен сейчас анализировать, но надо было его отвлечь до прибытия медиков.

Парашютист глубоко затянулся табачным дымом и тут же зашелся кашлем.

— Со мной такое впервые, — вымолвил он, — даже не пойму, что именно произошло. Память отшибло. Помню, как пошел, а дальше…

— Не забивай себе этим голову. Вспомнишь. Главное, что все обошлось, — произнес Батяня, поглядывая в сторону трибуны, от которой уже катил санитарный фургон. — Сам-то ты откуда?

— Дальневосточный округ, — незамедлительно ответил офицер.

— Зовут как? — спросил Батяня, проверяя парашютиста на сохранность памяти.

— Майор Бутусов, — тяжело задышал офицер.