коллекционированием оригинальных ментальных конструкций и громоздит слова и вымыслы один на другой, не особенно заботясь о последствиях; Рудольф Сикорски, напротив, озабочен проблемами контроля, и в каждой его фразе сквозит причастность к совершенно секретным секретам, к "группе лиц с наивысщим уровнем социальной ответственности"; секретный агент Максим Каммерер описывает пространство в терминах расстояний, конфигурации объектов и их тактико-технических характеристик, особенно выделяя расположение и передвижения групп людей и отдельных лиц; Лев Абалкин видит в окружающем мире прежде всего растения, животных, биологические циклы, людей же он замечает чуть ли не в последнюю очередь. "Антисоциальность" Абалкина уникальна, это едва ли не единственный герой у Стругацких, который бежит от "нормирующей тотальности" и опирается в своих поступках не на навязанные ему социальную роль, мораль и идеалы, а на собственное Я, которое не спровоцировано жизнью социума и никак с ней не связано. Но для Утопии Стругацких даже само наличие у индивидуума сферы психического аномально, поэтому Абалкин постоянно подвергается нормирующему воздействию со стороны различных социальных институтов. КОМКОН-2 яявляется крайним звеном в этой цепочке, но отнюдь не единственным: очень большое значение, как и всегда у Стругацких, придается педагогическим учреждениям. Вспомните эпизод с червяками: после проливного дождя Абалкин ходит по дорожкам интернатского парка, собирает червяков-выползков и возвращает их в траву. Он упивается властью над ними, дарует им жизнь, он для них царь и бог. И в этот момент к нему подкатывает учитель и начинает заниматься тем же самым, всем своим видом как бы говоря: какие хорошие червячки! жалко червячков! давай-ка, дружок, будем жалеть их _в_м_е_с_т_е_! Что ж, учителя можно понять: его работа в том и заключается, чтобы обеспечить социализацию ребенка, "привязать" его к жизни в обществе, с ранних лет включить в круговорот "авторитарности утверждения и стадности повторения" (Р.Барт).