В личном письме к Вс. Иванову (12 марта 1955 г.) Шкловский говорит: "Пишу тебе о том, что я верю в твой высокий талант, в то, что ты начал, как гений. В великой нашей литературе ты нашел новое слово. Рядом с Горьким ты шел своей поступью".

Письмо Шкловского от 24 марта 1967 г. к В. А. Косолапову (тогда директору издательства "Художественная литература") хочется процитировать почти целиком: "При всем моем уважении к редактированию, я должен сказать, что в результате его писатели оказываются похожими друг на друга. Между тем: одним из самых главных свойств писателя является то, что он, имея общее мировоззрение с народом, имеет свое видение мира, свой метод выделения частностей, который в результате оказывается подтверждением общего пути, но не является результатом общего миропонимания.

Великого писателя Всеволода Иванова все время подравнивали и подчищали так, что он не занял то место в советской литературе, которое ему по праву принадлежит.

"Бронепоезд" появился в советской литературе очень рано, и он определил ход литературы, становление ее нового лица.

В. В. Маяковский говорил, что писатель стремится к тому, чтобы у него вышло то, что он задумал. Редактор, к сожалению, часто думает о том, как бы чего не вышло. Из этой коллизии получаются поправки, а литература состоит из произведений, а не из поправок.

Читатель имеет право видеть писателя во всем его своеобразии, и, кроме того, он должен, покупая новую книгу, иметь новый материал".

Неопубликованный при жизни автора роман "У" после его смерти вызывал восторг не одного только Шкловского.

За печатание "У" высказывались и другие видные писатели, впервые прочитавшие роман в 60-е годы в рукописи.

Друг Вс. Иванова, член комиссии по его литературному наследству, украинский поэт, академик, энциклопедически образованный человек Микола Бажан писал мне 1 января 1982 г.: "Так правильно, что неустанные Ваши заботы о написанном Всеволодом Вячеславовичем приносят советской литературе такую вещь, как "Кремль".