Моонзунд выступает в изображении Валентина Пикуля как видимая часть айсберга, а Октябрьская революция - как воплощение всего лучшего, что вырабатывалось нашими народами на всем протяжении их исторического бытия. Это духовно и душевно ценное воплощено в главном герое романа-хроники, флотском офицере старшем лейтенанте Сергее Артеньеве и, конечно же, в самом народе, представленном прежде всего революционными матросами-большевиками Павлом Дыбенко, Евгением Вишневским, Скалкиным, Семенчуком...

В этом романе, - признавался Валентин Пикуль, - некоторые исторические имена я сознательно заменил вымышленными. Некоторые же оставил в их точной исторической достоверности". Это придает произведению дополнительную убедительность: оно воспринимается как документальное во всех его элементах, делая неотразимой главную мысль писателя: революция соединила все лучшее, самое честное, самое чистое в нашем народе. Так воспринимается финальная сцена в описании битвы за Моонзунд, когда Артеньев и Скалкин, поразившие из пушки головной дредноут немецкого адмирала Сушена, а затем взорвавшие Церель, в плену называют себя большевиками. Настоящими находками в "Моонзунде" являются "прелюдии" и "финалы" в каждой части. Вслед за молодыми писателями, парировавшими в шестидесятые годы упрек критики в недостатке культуры, в невнимании к традициям посредством насыщения произведений литературными цитатами и реминисценциями, Валентин Пикуль предваряет повествование в каждой части обязательными эпиграфами, цитирует много раз стихи Маяковского, относящиеся к 1914-1917 годам, включает в произведение песни многих модных певиц той поры. Можно спорить, насколько органично входит все это в "Моонзунд", но нельзя отрицать, что автору удалось в целом добиться органического сплава документальности с художественной выдумкой, подлинно героической патетики с проникновенным авторским лиризмом.