- Тоже мне знатоки, как из козьего хвоста валторна, - сердито сказала я, даже не понижая голоса. - С Мокотовского Поля на эти бега ходят, а если отличают лошадь от жокея, так уж это просто-таки верх их возможностей! А вот заметить, что одно дело - арабский скакун и совсем другое - кобыла чистых кровей, - не угодно ли?

Напрасно я заговорила, потому что пан Мариан услышал. Он обернулся, посмотрел на меня и без проволочки отомстил:

- Ах, какие же у вас красивые коленки! - сказал он с явным удовольствием.

- Чтоб вам лопнуть и чтоб язык у вас отсох! - ответила я от всего сердца и плюнула через левое плечо.

Подлец злоехидный, он же мне все испаскудил! На бегах услышать комплимент - последнее дело, лучше уж повеситься, а все поставленные деньги спихнуть в городскую канализацию без посреднического содействия касс тотализатора. Проиграю, с полной уверенностью можно сказать, проиграю, последняя надежда - лошади от Дерчика, но раз поедет на них Куявский, ставить будут на него, никакой прибыли.. - А у меня еще второй есть, сказала Мария. - Как же я это сотворила?.. Тоже по ошибке: начала с Флориана, и теперь у меня тройка. Что у нас там под номером три?

- Теорбан. Мои поздравления. Куявский сказал Вальдемару, что его не будет, ведь ты сама слышала.

- Ничего я не слышала, я была занята. Возьми вот этот четвертый и спрячь куда-нибудь, потому что я тут сама в себе разобраться не могу. Метя, ты заткнешься или нет?!

- Давай, Бальбина!! - радостно захрюкал Метя. Я его не убила, потому что над головой у меня завыла сирена, пистолет выстрелил и возле стартовой машины началась полька-галоп.

Очень долго я не могла понять, почему у лошадей не хотят вырабатывать условный рефлекс, заманивая их в боксы морковкой или сахаром.