Модель детства замкнута и раскрывается постепенно. общий подход к моделированию мира детства традиционен. Он основан на поиске общих ключевых понятий, устойчивых образов и мифологем. Доминирующими среди них становятся "дом", "мама", "дорога", "путь". С помощью мифологемы "дом" создается внутренняя среда, в которой происходит действие и происходит самоопределение героя.

Общими местами являются не только начальные эпизоды, но и описания, входящие в основное повествование. Таково, например, изображение Москвы начала ХХ века в мемуарах писателей одного поколения А.Белого, М.Сабашниковой, М.Цветаевой, М.Шагинян, И.Шмелева. Яркий и запоминающийся образ города становится символом нескольких семантических рядов. Анализируя описания Москвы, автор работы приходит к выводу о живописности описаний и использовании всеми писателями доминирующих цветов - белого, золотого, красного (розового), синего. Основными приемами являются повторяющиеся эпитеты и детали.

Переходя от описания мира детства в иной топос автор обычно склонен обобщать описываемое. Тогда мы встречаемся с интерпретацией образа Москвы как символа определенных устоев и взаимоотношений. Так для Белого, Шагинян, А. и М.Цветаевых он связан с бытом профессорской интеллигенции.

"Предопределенность" структуры обуславливает обращение к сходным переживания (например, большинство мемуаристов пишут, что в детстве их волновали проблемы страха, трусости, одиночества). Так возникают предпосылки для появления описаний похожих впечатлений, переживаний, наблюдений. Они обуславливаются одинаковостью воспитания, образования, происхождения, что, в свою очередь, приводит к появлению одних и тех же образных рядов в рамках общего повествовательного ряда.

Не случайно М.Шагинян отмечает: "Я говорю правду о себе. Потому правду, что говорю о себе как н е т о л ь к о о себе, но как о человеке вообще - ведь многое, если не все, мы, люди, в той или иной степени ясности переживаем одинаково, проходим через те же опыты и сознаем одно и то же".