Несмотря на выволочку, молодой человек, казалось, остался совершенно спокоен:

— Только спешка. Большие деньги спешки не переносят.

— У нас есть от силы месяц. — Филин замолчал на мгновение, словно решая, говорить ли дальше. — Через неделю, максимум полторы, рубль полетит к такой едрене матери, что… Мы должны успеть в Покровске, пока московские верхи будут делить вновь открывшиеся вакансии в Белом доме, пока силовики будут вибрировать и трястись в усилениях, а граждане метаться по магазинам, сметая все и вся…

Через полгода во власти будет уже так плотно, что не проскользнет лезвие ножа! — филин перевел дыхание, замолчал, спросил тихо, почти шепотом:

— Или вы не готовы к работе, Валерий Эммануилович? — И уставился на молодого ледяным немигающим взглядом.

— Я готов.

— Кротов будет с вами активно взаимодействовать… Не так ли? — Теперь хозяин смотрел на крупного.

— Да нет базара.

— Вот и славно. Я хочу, чтобы завтра вы уже были на месте. Вместе со своими людьми.

— Да, босс.

— До свидания. Информируйте меня по основному каналу связи.

Двое встали и без суеты покинули кабинет. Сухопарый посидел секунд тридцать, нажал кнопку на столе:

— Панкратов, зайди.

Мужчина лет шестидесяти появился из дверцы, скрытой декоративным стеллажом в дальнем конце кабинета.

— Как тебе наши вьюноши?

— Бодры, — пожал покатыми плечами Панкратов. — Но молодой, похоже, что-то подозревает.

— Да бес с ним! Пусть побегает, расшевелит этот дремлющий муравейник, и тогда…

— Как будем его убирать? — Реши сам.

— Понял. А вот с Кротом я бы повременил.

— Почему?

— Братву без присмотра оставлять нельзя, пока не сформируется новый лидер.

— Боишься, распояшутся?

— Просто по глупости и недомыслию могут создать проблемы по основной операции. А маленькая проблема, если ее не решать, может превратиться в большую беду.