Один сухопарый сидел спокойно и невозмутимо, будто мумия, уперев немигающий взгляд в стену и время от времени бросая его на визави: ни чувств, ни эмоций, ни-че-го. Вот только двое все же старались не встречаться с ним взглядом. Очень старались. Зуммер аппарата спецсвязи прозвучал мелодично и тихо. Хозяин кабинета снял трубку после второго гудка: - Вас слушают. Ему сказали всего несколько слов. Он мягко опустил трубку на рычаг, произнес: - Финита. Господина Груздева больше нет. Казалось, этим сообщением он ничего не изменил: моложавый продолжал покуривать, стараясь, как и прежде, выпускать ровные струйки дыма; крупный - все так же уродовал проволоку. Но... Какие-то невидимые мышцы расслабились в их телах, и фигуры, не меняя поз, стали выглядеть совершенно по-другому, словно некто просто-напросто взял да и убрал топор гильотины, невидимо висевший до этого над каждым. Несколько мгновений прошло в полном молчании; хозяин кабинета наслаждался, смаковал это молчание и ждал. - Это... достоверно? - Первым не выдержал молодой. - Абсолютно. Мой человек присутствовал при акции. Николай Степанович Груздев мертв, как дохлая вобла. - Его... взорвали? - попытался все же уточнить молодой. - Нет. Снайпер. - При той системе охраны, Что была у Груздева... - Этот снайпер - виртуоз. Хозяин кабинета помедлил, хохотнул - и это было единственным выражением переполнявших его эмоций. - Думаю, завтра о безвременной кончине Груздева будет объявлено официально. Не хотите ли присутствовать на церемонии прощания с телом? Оба, и молодой, и крупный, криво усмехнулись. - Значит, нет. А мне, грешному, придется. Не каждый день провожаем в последний путь таких титанов. В комнате снова повисло молчание. На этот раз его прервал крупный: - Босс... - неуверенно начал он.